— Ну и что? Не мог же он конструировать все причинно-следственные связи по своему желанию! Он лишь создал альтернативу, а дальше действовали законы истории.

Роман надолго задумался. Соображал, наверно, как занялся бы он в том мире формированием подпольных бригад. И как сжигал бы флаги Палестины. И как надел бы маску и взял в руки автомат… Он не убивал бы женщин, а в остальном… Мир — зеркало, господа.

— Тяжелая у тебя работа, Песах, — сказал он наконец. — Не думал, что писать историю так трудно.

— Да уж, — согласился я. — Проще историю делать.

— Или раскрывать преступления, — сказал Роман.

Мы улыбнулись друг другу, и я налил еще по чашечке.