— Конечно, — согласился я, ощущая свою значительность. — Рад помочь. Единственная загвоздка — я ведь тоже войду в собственный альтернативный мир, который может и не иметь ничего общего с тем, куда погрузился…

Тут до меня дошло, и я надолго замолчал, обдумывая план действий. Что ж, сотрудники института были правы — только у меня и могло получиться.

— Поехали, — сказал я.

Объясняю для незнающих. Альтернативных миров — бесчисленное множество. Каждое решение, принимаемое человеком, создает свой мир, вполне физически реальный: целую Вселенную, отличающуюся от нашей лишь тем, что в ней данный человек принял не то решение, какое принял здесь. Аль-Касми мог, например, отправиться обозревать мир, который возник, скажем, тогда, когда он не ударил своего хозяина кулаком в лицо. Ведь была же у него, на самом деле, альтернатива! Я думаю, и Бутлер так думал, и все в полиции были с ним согласны, что убийца поступил именно так.

Что из этого следует? То, что этот вариант можно просчитать, подгоняя под себя — когда-то, допустим, я мог создать некий альтернативный мир каким-то своим решением, и именно этот мир был впоследствии изменен решением Аль-Касми. Только при таком раскладе мы имели возможность встретиться с реальным Аль-Касми там, а не здесь.

Вот это и есть самое сложное, тонкое и редко у кого получающееся — рассчитать и выполнить такое соединение. Я это могу. Я это уже проделывал несколько раз и не рассказывал еще об этом в «Истории Израиля» исключительно из скромности. Но расскажу — будьте уверены. Не утверждаю, что хорошо просчитываю альтернативы. Действую чисто интуитивно, но пока моя интуиция меня не подводила. Неудивительно, что директор института доктор Рувинский посоветовал Бутлеру обратиться ко мне.

В Герцлию мы мчались на полицейском вертолете под вой сирены — видели бы вы, как шарахались частные авиетки и воздушные велосипедисты! Добрались за полчаса, и это при перегруженных эшелонах на всех транспортных высотах! Вот в чем преимущества полиции.