В конце концов Нелсон вернулся к тому занятию, которое прервал при появлении шестерых, - править нож на карманном оселке, доводя его до остроты бритвы. Тихое, равномерное дзиньканье стали по камню звучало как сердцебиение, как пульс, рожденный далеко за костром, пришедший из тьмы, как мелодия самой пустыни.

Молчание нарушил Уомпус.

- Чертовски жаль, Ларс, что мы не знаем, где найти Седьмого.

- Угу, - ответил тот.

- Могло бы получиться неплохое дельце, - продолжал Уомпус. - В этом древнем городе - клад на кладе. Так все говорят.

- Просто врут, - проворчал Нелсон.

- Камушки, - продолжал Уомпус. - Такие крупные и блестящие, что глаза лопаются. Целые мешки камушков. С ног свалишься, пока перетаскаешь.

- Да больше одного мешка и не понадобилось бы, - поддержал Нелсон. Один мешок - и на всю жизнь хватит.

Тут Уэбб заметил, что оба они пристально смотрят на него, щурясь при свете костра. Он произнес почти сердито:

- Я про клады ровно ничего не знаю.

- Но вы же слышали, что говорят, - бросил Уомпус.

Уэбб ответил кивком.

- Можно сказать и по-другому. Клады меня не интересуют. Я не рассчитываю ни на какой клад.

- Но и не откажетесь, если подвернется, - вставил Ларс.

- Это не играет роли, - отрезал Уэбб. - Что так, что иначе.

- Что вам известно про древний город? - требовательно спросил Уомпус, и даже младенцу стало бы ясно, что вопрос задан неспроста, вернее, не без тайных надежд. - Ходите кругом да около, роняете разные намеки, нет чтоб открыться и выложить все начистоту...