Свет и звуки вломились в Него, еще замутненного вязким клеем небытия. Медленно открывшиеся веки впустили ночь…

Красные блики на вершинах небольших холмов, глубокая тень в низинах. Прямо в лицо тянул холодный ветер. Неподвижные фигуры рядом с кострами. Отблеск огня на металле одежд…

В голове замутилось, и веки опять сомкнулись.

Его затрясло так, что подбородок забарабанил по груди. Черный туман небытия испуганно свернулся в себя и растворился, как капля крови в воде.

– …ухайся! – орал рядом низкий скрежещущий голос. – Чей ты? А-э?

В ушах отозвалось зудящим рокотом. Чужой голос звучал словно через глубокую воду. Самые звуки его были инородными, как ад. Он вдруг осознал, что обращались к Нему. Говорили на языке, которого Он никогда прежде не знал. Странное сочетание голоса, шелеста и клекота и черт знает чего еще. И еще Он осознал, что понимает эту речь, так же как понимал и ту, свою прежнюю… Он сделал движение, попробовал ответить, но два языка сцепились во рту. Он замычал и онемел от ужаса.

– Шурат! Ты шею ему сломаешь! – Второй голос был более властным и жестким.

– А-э… – недовольно хмыкнул первый.

Его резко швырнули. Падая, Он ударился затылком о твердое и текучее. Это был песок.

– Наши подобрали Его у Чертова Камня. Почти рядом с ямой, где а'зарды свалили раненых и мертвых Хотоаги. Весь песок там пропитался кровью на локоть.

Звуки слов одновременно перемежались рычанием, словно у этого существа было не только два языка, но и два горла.

– Хорхош Его случайно заметил. Он не знал, забирать Его или на месте приколоть. Безоружный, голый. Чужой… Но Хорхош не чувствовал отбива и отдал решение тебе.

– Хорхош правильно сделал, что привез Его сюда, – после короткого молчания задумчиво ответил второй голос. – Но… Я тоже не чую отбива.

– Вообще-то и я, – смущенно прокаркал первый, что был назван Шуратом.

Он окончательно опомнился, но продолжал лежать неподвижно. Глаза обрывками выхватывали окружающий мир и никак не могли сложить эту раздробленную мозаику. Висело небо – огромное, давящее, черно-синее, с острыми шипами незнакомых огромных звезд…