Третий тангр воткнул факел в землю, демонстрируя минимум интереса к разыгравшейся сцене, и наклонился к старику. Он быстро намочил тряпку водой из темного бурдюка и стал обтирать ему шею и лоб. Этот тангр был самым худым из всех.

– Спасибо, Ходв, – прошептал старик. – Но мой атат и цнбр мертвы, и я долго не протяну…

– Почтенный Ошнират, – перебил его Саудрак, – ты уверен, что не слышал этого тангра среди а'зардов?

Когда он говорил своим камнедробильным голосом, у Дара начинало непроизвольно чесаться где-то в глубине ушей. Это было довольно неприятное ощущение.

– Он не а'зард… – быстро ответил старик. – Его не было среди… хых… нападавших на Хотоагу и наш Царакклан.

Он снова повернулся к Дару, словно принюхиваясь или прислушиваясь к чему-то. Дар невольно отпрянул, ощущая себя будто голым и злясь на себя за эту неловкость.

– Наклонись ко мне, Саудрак!

Властный тангр послушно опустился перед израненным стариком. Дару было слышно каждое слово громко свистящей фразы:

– Пойманный тангр очень странен… я не слышу его отбива…

– Ну да, – сказал Саудрак раздосадованно, – да.

– Погоди, Саудрак… Я не слышу вообще ничего… хых… Хорошо, что вы его не зарезали сгоряча… Обязательно привези его на Большой Царакклан! Это важная загадка… хых… похожа на предостережения Древних… хых…

Старик сипло закашлялся, забулькал горлом. Это продолжалось долго.

– Эй, там! – закричал Саудрак. – Перенесите Ошнирата к огню! Да поживей! Старику совсем плохо!

У костра синхронно обернулись несколько тангров. Также одновременно они вскочили и пошли к старику. Дар поразился абсолютной слаженности их движений.

Саудрак достал бурдюк и попытался влить воду в рот израненному старцу. Но старик снова надсадно закашлялся, и все оказалось напрасно. Дар с жадностью смотрел, как струйки воды с его щек стекают в темный песок. Он судорожно глотнул пересохшим горлом.