Первая Контактная-Рецц посвятила уйму времени, пытаясь расколоть этот орешек. Звездобой был детально просвечен, взвешен и обмерян с орбиты. В глубине толщ, под базальтовым ложементом, тело Звездобоя расчленялось на шесть частей, симметрично уходивших в стороны, обвитые не то огромными кабелями, не то трубопроводами. Город Ац-Рецц как раз строился вокруг "пушки", и его лучи-проспекты лежали точно над этими шестью отводами.
* * *
…Когда они подошли близко, пушка уже стала стеной – ровная чуть закругленная громадная поверхность, бесконечная что вперед, что назад, что вверх. Вблизи поверхность пушки была какая-то зернистая, бугрилась наподобие нешлифованного белого мрамора с еле заметными прожилками. Чуть искрилась. Они были с теневой стороны – к счастью – потому что жара поднималась нешуточная. Дар уже весь взмок под своим легким броником, изготовленным на Земле специально для этого полета. Никакой технологии, металлов, пластика, пламфа и так далее. Все что угодно, только бы не грузить аборигенов.
Пространства перед пушкой были сложно перегорожены, будто лабиринтами, из города так просто не подойти. Но проводники вели в непосредственной близи, буквально в паре метров. Дар бывал на раскопках и развалинах многих древних городов, что на Земле, что в Сиции. Но там как-то древность ощущалась сильнее. Видимо по контрасту, ибо все вокруг совсем другое, современное, а древность – чистая рухлядь, что камень, что металл. Но тут все было иначе. Он по-животному чуял историчность этой пушки, но она ничем не выделялась, ведь все вокруг было такое же. Она не выделялась своим возрастом. Они все, весь Ац-Рецц, вся планета были такой же рухлядью истории…