- Мы не договорились, кто подаст команду! Кто это сделает?

- Давайте попросим мистера Мастерса, - сказал Данверс.

Хорнблауэр не смотрел вокруг. Он глядел прямо на серое небо над правым ухом Симеона - смотреть тому в лицо он не мог, и не знал, куда глядит Симеон. Конец знакомого ему мира близился - возможно, скоро он получит пулю в сердце.

- Я скомандую, если вы не против, джентльмены, - услышал он голос Мастерса.

Серое небо ничего не выражало - он глядит на мир в последний раз, а кажется, что глаза у него завязаны. Мастерс снова заговорил.

- Я скажу раз, два, три, - объявил он, - с такими вот промежутками. С последним словом вы можете стрелять, джентльмены. Готовы?

- Да, - раздался голос Симеона у самого уха Хорнблауэра.

- Да, - произнес Хорнблауэр. Он слышал свой собственный голос как бы со стороны.

- Раз, - сказал Мастерс. Хорнблауэр почувствовал у ребер дуло и поднял свой пистолет.

В эту секунду он решил не убивать Симеона и продолжал поднимать пистолет, стараясь направить его Симеону в плечо. Хватит и легкой раны.

- Два, - сказал Мастерс. - Три. Стреляйте! Хорнблауэр нажал курок. Послышался щелчок, и из затвора пистолета поднялось облачко дыма. Порох взорвался и все - пистолет был не заряжен. Он знал, что сейчас умрет. Через долю секунды раздался щелчок, и облачко дыма поднялось из пистолета Симеона на уровне его сердца. Они стояли, оцепенев, не понимая, что произошло.

- Осечка, клянусь Богом! - сказал Данверс. Секунданты столпились вокруг них.

- Дайте мне пистолеты, - сказал Мастерс, вынимая оружие из ослабевших рук. - Заряженный еще может выстрелить.

- Который был заряжен? - спросил Хетер, сгорая от любопытства.

- Вот этого лучше не знать, - ответил Мастерс, быстро перекладывая пистолеты из руки в руку.

- Как насчет второго выстрела? - спросил Данверс. Мастерс поглядел на него прямо и непреклонно.