Летчики части Героя Советского Союза подполковника Романенко кончали обед. В палатке, несмотря на открытые «окна», было душно. С безоблачной синевы нестерпимо палило солнце. В широкой парусиновой прорези поднятого полога было видно, как ползали, переваливаясь в клубах красноватой пыли, неуклюжие бензозаправщики и лихо мчались стартеры. В мареве знойного неба далеко-далеко плыли, поблескивая, патрульные самолеты.

Вдруг хлопнула зенитка, еще ближе другая. Летчики насторожились. Над полем аэродрома на огромной высоте показался одинокий, черный как демон, вражеский самолет.

— Дежурному звену в воздух! — раздался громкий голос командира.

Отодвинув тарелки, три человека в кожаных регланах и неразлучных шлемах, вскочили и выбежали из палатки. За ними — остальные.

Алексей Касьянович Антоненко тоже подошел к окошку.

Вражеский бомбардировщик шел на высоте 4 тысяч метров над самым аэродромом курсом на юго-восток. Это был разведчик, нагло фотографировавший наши военные объекты. Крупный хищник уже миновал аэродром, направляясь к близкому городу, когда дежурное звено взмыло за ним в погоню. Глядя им вслед, Алексеи Касьянович задумался, потом, не говоря ни слова, бросился к машинам. Ближайший ястребок находился метрах в двухстах. Подбежав к нему, Антоненко спросил у механика:

— Готов?

— В порядке. Можно вылетать...

— Запускайте.

Алексей Касьянович взмыл. Хищник и его преследователи уже успели скрыться. Трудно было рассчитывать на успех погони, так как вражеский самолет находился далеко впереди. Тем больше изумились на аэродроме, когда Антоненко не последовал за врагом, а, наоборот, устремился в противоположную сторону — к морю, к финским берегам. Поведение Антоненко было загадочным и непонятным, но подполковник Романенко знал и верил своему закаленному еще в боях с белофиннами и в Монголии летчику.