То и дело срывается с места рассыльный краснофлотец командного пункта и, вскинув за плечо винтовку и болтая гранатами на поясе, спешит бегом выполнять очередное поручение.

На поле, мягко колыхаясь на кочках, пружинисто садятся ястребки после барража. Освободившееся место в воздухе занимают другие.

Снова из ВНОС (служба наблюдения, оповещения и связи) сообщают о приближении врага. Неотрывно наблюдают за воздухом и предательскими облачками летчики у заряженных самолетов, зенитчики, пулеметчики. С запада уже доносятся глухие, булькающие звуки. Командир авиачасти Алексеев всматривается через бинокль вдаль, потом спокойным, быстрым шагом подходит к столбику у командного пункта, па котором лежит приготовленный ракетный пистолет. В воздухе загорается сигнал вылета.

— По щелям, — приказывает майор окружающим.— Поле пустеет.

Воздушный убийца уже виден невооруженным глазом. Он подходит тесным строем из пятнадцати бомбардировочных и истребительных самолетов. Навстречу стремительно и, кажется со стороны, даже весело взмывают ястребки. Стая подходит к самому краю аэродрома. Тишина. Все зловеще молчит. Вдруг рванула зенитка, другая, третья... Белым, грибковым поясом окружена стая черных коршунов. Выше и выше, приближаясь к нужной высоте, карабкаются ястребки. Добрались, ринулись в атаку. Разомкнулось огненное кольцо, пропуская своих для удара. Но трусливый убийца идет на снижение, он вырывается из зенитных тисков, разворачивается и, резко меняя курс, уходит, преследуемый по пятам.

Налет отбит. Вновь тишина, и широкое поле раскинулось под знойным июльским солнцем. Жизнь, — сложная, напряженная, боевая жизнь продолжается. Эти люди в летных шлемах, которые опять разлеглись под деревьями на травке и спорят и смеются, только что в жестокой воздушной схватке смотрели смерти в глаза. Здесь не думают об этом. Долг перед Родиной, как это ослепительное июльское солнце над полем, властвует над сознанием этих мужественных людей.