Соски, твердеющие по приказу - что ж, круто. О, пожалуй, она была очень даже ничего. Любой подросток пустил бы слюни и пополз бы к ней, виляя хвостиком, но я видел спектакли и почище. Я закатил глаза к потолку.

- Я имел в виду не это.

Она разом вышла из образа томной киски.

- Не... Разве не это? - она нахмурилась и снова просканировала меня взглядом. - Разве... Значит, вы?..

- Нет, - улыбнулся я. - Я не голубой. Но я не куплюсь на то, что вы продаете. Вы даже не сказали мне, как вас зовут, а уже готовы раздвинуть ноги? Нет уж, спасибо. Черт возьми, вы хоть про СПИД слышали? Или про герпес?

Лицо ее побелело, и она стиснула губы с такой силой, что они побелели тоже.

- Ладно, - вздохнула она. - Тогда что вы от меня хотите?

- Ответов, - сказал я, уставив в нее палец. - И не пытайтесь мне врать. Это вам не поможет - скорее, наоборот, - вообще-то, тут я изрядно согрешил против истины. То, что ты чародей, вовсе не превращает тебя в детектор лжи, а я вовсе не собирался встречаться с ней взглядом, чтобы заглянуть в душу. Не стоило того. Впрочем, одно из преимуществ моего ремесла - то, что люди все, что бы ты ни сделал, приписывают твоим безмерным и непостижимым силам. Ну, конечно, это действует только на тех, кто знает достаточно, чтобы верить в волшебников, но недостаточно, чтобы знать предел нашим возможностям. Остальные - те, кто считает магию просто этакой шуткой - просто смотрят на тебя как на очевидного клиента психушки.

Она нервно облизнула губы - вот уж чего не было в этом жесте, так это сексуальности.

- Хорошо, - сказала она. - Что вы хотели узнать?

- Для начала хотя бы ваше имя.

Она чуть хрипло усмехнулась.

- И вы, чародей, полагаете, что я просто так назову его вам?

Тоже верно. Серьезные заклинатели вроде меня могут сделать чертовски многое, узнав чье-то имя из уст его обладателя.