Это с одной стороны. Допив кофе, Леонид обнаружил на столике пепельницу и, приятно удивившись, закурил. Зря он, оказывается, брезговал этим подвальчиком во время командировок. Уютно, и даже очень. Итак: Каратян, Разметов, Чугунец... Каратян - это масса новых интересных анекдотов (преимущественно медицинских) и книг (преимущественно детективов). Разметов - это подробная информация обо всех премьерах и гастролях - причем не только информация, но и билеты, даже в кукольный. А Чугунец... в конце концов, что сейчас можно достать, кроме самогона? Это с другой стороны. А четвертой альтернативы все равно нет. Полупустой поначалу подвальчик стал наполняться. У стойки образовалась очередь, и оттуда на Леонида косились: чашка перед ним была пуста, и он зря занимал место. Пришлось придавить окурок в пепельнице, положить на стул свой дипломат и встать в очередь за новой порцией кофе. Некто внушительный и атлетически сложенный, судя по ухваткам - завсегдатай, попытался его оттеснить, но не тут-то было. Тогда завсегдатай оттеснил стоявшего перед Леонидом - но не остался в очереди, а поднырнул под стойку и мимо кивнувшего ему официанта проследовал на кухню, развязно покачивая на мизинце пузатый металлический дипломат, который при его росте казался игрушечным. Леонид осуждающе хмыкнул в мускулистую спину, обтянутую легкомысленной сеточкой. Кооператив... Четвертой альтернативы нет, но можно действовать по методу союзного правительства - скомпилировать четвертое решение из трех взаимоисключающих. Например так: по двое суток у каждого, причем начать с билетов, а политику - на десерт. Самое то. Высвободив левую руку, прижатую очередью к стойке, Леонид глянул на экранчик своего "Левиса" (Двухдолларовая гонконгская халтура, которую Мариша прошлым летом оторвала на симферопольском толчке всего за сорок рублей). Восемнадцать двадцать две, понедельник, 20 августа. Не проверял уже недели полторы - значит, спешат минуты на три, не меньше, но это неважно.