Адам вздрогнул и молча принял протянутую руку Дианы.

Вторую руку Диана протянула Кэсси. Девушка крепко сжала тонкие холодные пальцы. Ей хотелось плакать и смеяться, но вместо этого она лишь удостоила Диану вялой улыбки. Адам тоже пытался изобразить радость, но глаза его были хмурыми, как грозовые тучи над океаном.

— И это, значит, все?! — взорвалась Фэй. — Значит, опять все будет нормальненько, чудесненько и сладенько? Все любят всех и расходятся по домам, держась за ручки?

— Именно так и будет, — огрызнулся Адам, бросив на нее жесткий взгляд. — Во всяком случае, последнее сейчас точно произойдет. Мы уходим домой: давно уже пора.

— Кэсси нужно отдохнуть, — согласилась Диана. Стылая беспомощность, ненадолго охватившая златовласку, испарилась, и, хотя выглядела она еще прозрачнее, чем обычно, в ней появилась какая-то новая решимость. — И всем остальным тоже.

— И еще нужно позвать врача… или хоть кого-нибудь, — неожиданно выступила Дебора. Она кивнула головой в сторону дома номер двенадцать. — Бабушка Кэсси…

— Ты на чьей стороне? — рыкнула Фэй.

Дебора лишь скользнула по ней равнодушным взглядом.

Пальцы Дианы еще крепче впились в руку подруги.

— Да, конечно, ты права, мы позвоним доктору Стерну, а Кэсси поедет ко мне.

Фэй захохотала резко, отрывисто, будто залаяла, но поддержки не получила. Даже братья Хендерсоны держались на удивление серьезно: в их раскосых глазах сквозил мыслительный процесс. Сюзан отстранение наматывала на палец рыжеватый локон, глядя на сплетенные руки подруг. Когда Кэсси перевела взгляд на Лорел, та легонько кивнула, будто говоря ей: «Я с тобой»; в прохладном сером взгляде Мелани тоже читалось спокойное одобрение. Шон пожевывал нижнюю губу, неуверенно переводя глаза с одного члена Круга на другого, — ничего необычного.