– Но я сейчас не собираюсь говорить ни о вещах, ни о числах. Сегодня я познакомлю тебя с одной старинной рукописью и… Марсина, поставь сюда.

Служанка поставила небольшой стаканчик и тарелку с кружками лимона на низкий столик, где уже стояли еще один стаканчик и графин с красной жидкостью. Аврон с любопытством смотрел на все это и не заметил, когда в руках Учителя появился свиток пергамента.

– Вот, что ты скажешь об этом?

Аврон с благоговением взял пергамент.

– Тянские иероглифы! Третья династия…

– Вторая, – уточнил Учитель, – но самый конец.

– Какая древность! Разве пергамент хранится столько времени?

– В подходящих условиях. В библиотеке Универсиума они созданы. Ну, прочитаешь?

– Попробую, – Аврон вгляделся в тонкие, чуть небрежные значки. – Это какой-то рецепт, поваренный или лекарственный… Сахар растворить в воде… хлебные дрожжи… Учитель, но ведь будет отвратительный запах!

– Конечно. Но это только начало, читай дальше.

– Две-три недели… с березовым углем… Наверное, это все-таки лекарство.

– Ну, не совсем. Я назвал его модулятором настроения. Когда мне грустно и я пью его, моя грусть становится сильнее и в то же время возвышенней. А когда я радуюсь, он делает мою радость более… непосредственной, что ли. Мне иной раз даже бывает потом немного стыдно, – Торхес покосился в сторону двери, за которой скрылась Марсина. – Кроме того, он согревает замерзших. Впрочем, ты сам попробуешь.

Торхес взял со стола графин и налил сначала в стаканчик, принесенный Марсиной, примерно на четверть, а потом до половины во второй, на дне которого виднелся красный поясок – похоже, из него уже пили.

– Учитель, я совсем не замерз! Да я уже согрелся!

– Ничего, все равно попробуй. Только осторожно, вкус очень своеобразный.