— Я могу задать принцу вопрос?

— Ты можешь, но вопрос в том, ответит ли он.

— Ваше Высочество, стоите ли вы того, чтобы я рисковала ради вас своей свободой, а, возможно, и жизнью?

Высокомерие на его лице дрогнуло, и она заметила на нем раздумья. Она не знала, о чем он думал, но его задумчивость она заметила.

— Никто за эти долгие годы не спрашивал об этом. Если я обрету свободу благодаря тебе, ты станешь моей женой и королевой. Разве ради этого не стоит рискнуть свободой?

— Ваш брат правит королевством более двадцати лет, дольше, чем я живу. Вы действительно думаете, что он просто возьмет и уступит вам и вашей королеве трон?

— Конечно, уступит. Я наследник. Я его старший брат.

— Законный Принц, ваш младший брат сейчас такой же старый, каким был ваш отец, когда вы исчезли. У него есть двое собственных сыновей и две дочери.

— Я наследник, и наши законы заставят его уступить мне трон.

Элинор изучала красивое, но такое высокомерное лицо. Она обратилась к Волшебнице:

— В чем будет заключаться испытание, если я соглашусь?

— Либо ты сразишься с принцем в бою, либо приготовишь обед. С боем все просто: одержи верх над принцем, и ты выиграешь его руку. С кухней посложнее: вы приготовите лучшее из своих лакомств и представите мне на суд. Мне еще не доводилось пробовать пирог, который мог бы сравниться с творением Законного Принца.

Элинор знала, что биться она не станет, зато пироги она печь умела. Кухарка говорила, что она настолько хороша в этом, что могла бы готовить при дворе, и кухарка не стала бы ей лгать.

— Если бы принц поддался в бою, вы бы его освободили?

— Если бы он позволил себе проиграть, он усвоил бы мой урок и заслужил бы свободу.

— Но он неизменно одерживал верх над всеми, — поняла Элинор.