Со свистом в пробоину устремился воздух.

Капитан какое-то мгновение растерянно смотрел на падающее тело астрофизика. А через секунду он хватался руками за горло, глаза его вылезали из орбит, вены набухали, и под кожей, словно кляксы на промокашке, проявлялись сизые пятна кровоизлияний. Штурман, стоящий дальше всех от расширяющейся пробоины, успел увидеть, как взорвалась голова капитана, раскрасив заиндевевшую приборную доску ярко-красными кляксами. А затем и он рухнул замертво, вывернутый наизнанку.

И никто не видел, как молчаливый американец Джордж, покрытый инеем и кровью, царапал заблокированную дверь и превращался в нечто. Голова его ушла глубоко в плечи, да и голова ли это была? Ни глаз, ни ушей, ни рта лишь пара наростов на выпуклых висках. Туловище странным образом уплощилось, конечности укоротились, и это нелепое существо скребло бронированную дверь и, умирая, продолжало меняться.

Когда воздух полностью покинул рубку, бывший человек еще жил. Он медленно шевелил конечностями, словно замерзающая в ледяной воде лягушка.

Через полчаса создание умерло от холода.

А корабль продолжал лететь в молчаливой бездне, неся на борту свой погибший экипаж.

2063 год. Контакт

- Он запрашивает посадку! Он уже на критической дистанции и продолжает приближаться! - растерянный диспетчер обратил свое бледное лицо к возвышающемуся над ним начальнику космопорта. - Что делать, Владимир Иванович? Он падает!

- Кто это вообще, черт возьми?!

- Не знаю. Появился, словно призрак, сигнала опознавания не дал, стал сразу требовать посадки. Через полторы минуты будет виден. Пока мы отслеживаем его только локаторами.

Опознать невозможно.

- Хорошо. Выведи его на пятую полосу. Вызови медиков и службу безопасности. К четвертой, пятой и шестой полосам перекрой доступ... Начальник космопорта задумчиво подергал себя за седой ус и тихо спросил в пустоту, ни к кому собственно не обращаясь: - Кто же это, черт побери?