Служебная квартира вполне могла быть оборудована тайником, и если его здесь не оказалось, оставался ещё один и, скорее всего, последний вариант Буланов - сын Таранова. Последнее время папаша усиленно его обхаживал. Эта мысль снова вселила в Петровского надежду. Надо продолжать искать, не отчаиваться, а действовать. Он представил себе аккуратные пачки банкнот, они всегда вызывали в нем почти эстетическое чувство. Будь он художником, то создал бы огромное, во всю стену полотно с небоскребами из банкнот и дождя из золотых монет.

Он вернулся в кабинет и снял трубку. Жанна ответила сразу, будто ждала его звонка. А ведь они не встречались больше месяца. Узнав его, голос, она явно обрадовалась. Значит, сидит на мели, с удовлетворением подумал Петровский.

- Как поживаешь? - спросил он.

- Не жалуюсь, но скучновато. Ты меня тоже забыл, негодник.

- А если я сейчас приеду?

- Я собралась отдыхать, разлимонилась... - голос её звучал дружески, но сдержанно: она явно отказывала ему. - Давай встретимся завтра.

- Жанна, золотце, дело очень срочное. Речь идет о хороших монетах.

- Ты далеко?

- Не очень.

- К пол-десятому успеешь?

- Даже раньше.

- Раньше не надо, - мягко, но достаточно решительно возразила она.

Он представил себе ее: она всегда так мило морщила носик, когда лгала, что на неё невозможно было сердиться. Жанна в его мозговой картотеке стояла среди тех, кто способен был выполнять самые деликатные задания. Она обладала находчивым умом, молодым обаянием и внушающей доверие внешностью. Красивая женщина и расчетливый деловой партнер.