- Разумеется, я понимаю. - Кивнул он. Немного помолчал, подождал, пока я сделаю последний глоток - этот воистину божественный напиток отличался от обыкновенного хорошего кофе так же разительно, как настоящие живые цветы от своих чудовищных пластиковых копий.

- Ладно, а теперь вам все-таки прийдется ответить на вторую половину дурацкого вопроса, который я задал вам с самого начала, сэр Аллах. - Улыбнулся я, аккуратно поставив на стол пустую чашку. - По какому такому делу я вам понадобился? Или вам просто надоело, что я то и дело поминаю ваше имя всуе, и вы решили побить мне лицо? - За мной действительно еще с юности водится смешная привычка поминать беднягу Аллаха по любому поводу: я регулярно посылаю к нему своих горемычных собеседников, вместо того, чтобы просто дружелюбно посоветовать им навестить черта, или отправить их в дальнее путешествие на поиски общеизвестного анатомического органа, как это обычно делается. Кроме того, я периодически возношу ему хвалу, изредка высказываю претензии, и так далее - просто потому, что слово "аллах" всегда казалось мне вполне забавным.

- Да нет, поминайте на здоровье. - Равнодушно отозвался мой собеседник. - Мне все равно, если честно... Я назначил вам встречу, поскольку хочу предложить вам работу.

- Надеюсь, вы не вербуете муэдзинов? - Рассмеялся я. Предупреждаю: голос у меня всю жизнь был так себе, слабенький, а слух и вовсе дерьмовый! Я распугаю все население Ближнего Востока... или, по крайней мере, навсегда отвращу этих бедняг от истинной веры.

- Да нет, ерунда какая! - Удивленно возразил он. - При чем тут ваш голос...

- Ну тогда ладно. - Великодушно сказал я. Немного подумал и понял, что мне следует временно притормозить со своими дурацкими шуточками: хорош я буду, если этот красавчик обидится, назовет меня дураком и уйдет, а я останусь, чтобы скоропостижно скончаться от любопытства прежде, чем принесут счет. Я постарался придать своему лицу осмысленное выражение и выжидательно уставился на своего странного собеседника.