Больше всего маленький тан опасался, что начатая эльфийкой череда выигрышей продолжится. Быстрый проигрыш был бы хорошим поводом взвинтить ставку - это выглядело бы естественным желанием отыграться!

- Открываемся?

Диего кивнул и, перевернув две последние карты, с трудом удержался от проклятья - ему легли четыре семерки, двойной банк. Еще двести монет.

Конечно, это мало влияло на конечный результат, но проигрывать двести тысяч дукариев - занятие достаточно нервное само по себе, а если их станет еще больше, игра может затянуться непозволительно долго…

- Похоже, - промурлыкала Интеко, - к тебе перешло мое везение.

- С удовольствием вернул бы его, - печально пробормотал Раскона. - Причем с процентами. Но как? Не знаешь подходящей молитвы?

- Могу проклясть вашу брюзгливость старинным актерским наговором. Там, среди прочего, поминается невезенье в игре.

- А что входит в остальное «прочее»? - быстро спросил маленький тан. - Знаю я ваши шуточки… наверняка в списке есть подагра, лишай, мужское бессилие и остальные тридцать три напасти Темного. Хотя нет, не говори… проклинай!

Он открыл новую карту и впервые за вечер улыбнулся совершенно искренне - в быстром «джокийском монке» «красный спрут» сулил верный проигрыш партии.

- Так мне проклинать? - тремя партиями позже уточнила женщина.

- Подожди. Кажется, пока я справляюсь и сам.

Еще через час Диего Раскона с очень усталым видом запрокинул голову и закрыл глаза.

- Никогда в жизни, - вполголоса произнес он, - я не предполагал, что проигрывать в карты может быть настолько утомительным делом.

Со стороны это выглядело натужной попыткой пошутить - и лишь Интеко поняла, что, произнося эти слова, капитан «Мстителя» был абсолютно искренен.

- В таком случае вам есть чему радоваться, Леснильсен, - сухо процедил Горгас. - Вы ведь уже спустили все, что имели, даже бриг.