- Про телушку за морем? - уточнил Раскона. - Да… я тоже ее припоминаю… однако, увы, в данном случае на помощь к благородному тану Астольфо спешит иная урсийская поговорка.

- И которая?

- О ложке, - невозмутимо сообщил капитан. - Той, что к обеду. Не доставь тан Варрача своих быков, пираты наверняка сожгли бы город. А он стоит больше стада быков… даже по ценам Куальвея.

- То есть ты намерен ему заплатить?

- Я?! - удивился маленький тан. - И не подумаю. А даже если б и подумал, - после короткой паузы добавил он, - то уж точно не смог бы проделать сие в установленном порядке. Выплатами пострадавшим от еретиков занимается особый чиновник от казначейства, к коему этот свиток и будет в итоге доставлен…

- …чтобы оказаться погребенным среди горы подобных записулек, - с горечью сказала Интеко. - Или же - на помойке за губернаторской канцелярией. Выплаты пострадавшим! Сколько таких вот прибрежных городков разграбили еретики за последние годы?! Много… а вот человека, получившего из казны хоть медяк, я пока не встречала ни одного.

- Но это же не значит, что таковых не существует вовсе, - неожиданно развеселился Диего. - Мало ли на свете чудес? Не правда ли, брат Агероко?

- Сотворенных милостью Великого Огня - неисчислимое множество, - сказал монах. - Если же вести речь о чудесах нрава людского: милосердии, сострадании…

- Вы с ней сговорились! - обвиняюще заявил капитан. - И теперь обкладываете со всех сторон, словно королевские егеря - матерого зверя. Так вот, знайте: Диего Раскона - это вам не кабан!

- Да уж, - фыркнула Интеко, - ты не тянешь даже на поросенка.

- Ну, положим… - обиженно начал маленький тан - и, опомнившись, расхохотался.

- Хвала Огню, - нарочито серьезно вздохнул монах. - Я почти решил, что вы, мой тан, захотите претендовать… ха-ха-ха….

- На славный титул подсвинка? Нет, такая честь слишком высока для меня….