- Отныне и навсегда, - сразу отозвался Симватий.

- Отныне и навсегда, - звонко подтвердил Регорий. - Но если бы и ты не решился, кузен, мне пришлось бы брать ответственность на себя.

Младший Маниакис изучающе посмотрел на двоюродного брата. Неужто, не успев даже начать путь к трону, он уже обрел соперника?

- Конечно, - еще раз повторил старший Маниакис, - раз так, мы попытаемся. - Но словам губернатора не хватало убежденности. Чуть помолчав, он разъяснил причину своих сомнений:

- Любая неудача для нас равносильна гибели. Причем погибнет весь наш клан. Чада и домочадцы, слуги и друзья. Все, до кого сможет дотянуться кровавая рука Генесия. А потому мы не вправе ошибаться. Теперь вот что. Нет никакой необходимости выступать немедленно. Надо быть безумцем, чтобы двинуться в поход на Видесс без подготовки. Перед тем как предпринять такую попытку, надо продумать все до мелочей. Как следует и не раз.

- Безусловно, - сразу согласился младший Маниакис. Стоявший рядом с ним Регорий нетерпеливо, словно норовистая лошадь, переступил с ноги на ногу. Мысль о возможных проволочках была ему мучительна. Парень рвался в бой.

- Порой самый прямой путь оказывается далеко не самым коротким, успокаивающе сказал ему младший Маниакис.

Губернатор просиял.

- Сын мой! - взволнованно произнес он. В голосе его звучала гордость. Похоже, жизнь тебя уже кое-чему научила! - И старший Маниакис крепко обнял младшего.

- Ну, раз уж мы решились, - сказал Симватий, - пора готовиться к ужину. Будет весьма интересно посмотреть на лицо Курикия, когда тот обнаружит, что собрался стать тестем будущего Автократора!

- Но Генесий тоже вскоре узнает об этом, - нахмурился младший Маниакис. Надеюсь, такое известие не причинит вреда Нифоне. Курикий успел сказать мне, что она укрылась в женском монастыре.

- Вот и еще один повод для беспокойства, - заметил, старший Маниакис. Когда мы выступим в поход, перечень подобных забот будет удлиняться каждый день.