- Но есть много такого, Баруубу, чего не увидишь, глядя на женщин и малышей. Только слова мудрого могут дать истинное знание, только годы приносят человеку богатство ума и силу духа... - соловьем заливался Айк, чувствуя, что семя лести падает в благодатную почву.

- В твоих словах великая правда, Айк-человек, - благосклонно улыбаясь, кивнул Баруубу. - Юные многого не знают, а понимают и того меньше. И они с легкостью отвергают заветы отцов и дедов, и перестают чтить древних богов. И хотя боги наказывают их за это, юные не признают своих ошибок.

- Я прошу тебя, мудрый Баруубу, расскажи мне о ваших богах, чтобы я смог принести знание моим соплеменникам.

- Хорошо... Давно это было. Боги создали мир и населили его уррами. Чтобы урры жили хорошо, боги дали им зверей, которых можно есть, и рыбу, которую тоже можно есть. И вырастили леса, в которых много еды. И научили выращивать еду на полях. Да... у урров много еды, потому, что мы чтим древних богов. И урры не знают горя. Но боги любят, когда о них помнят, когда племя обращает к ним свою мольбу. В те, давние, времена Древние боги часто являлись уррам, и эршам, и заарам, и другим. Но шли луны... много лун, Айк-человек, больше, чем я могу сосчитать - и Древние приходили все реже и реже. Потом перестали приходить вообще. Кое-кто забыл это, забыл древних богов. Кто-то сказал, что Древние боги - слабые боги. Что настало время молиться другим богам, молодым и сильным. Богам, которых можно увидеть. И теперь эрши молятся Туваю, властелину молний. А заары приносят жертвы Даарду, хозяину смерти... И другие племена, о которых я знаю, тоже все чаще и чаще отворачиваются от Древних богов. Только мы, урры, верны Древним.

Айк с некоторой опаской ожидал, что старик спросит его о религии Землян. Устраивать теологический диспут он не собирался, а объяснить нюансы земной религии в нескольких словах невозможно даже для профессионального богослова.