- Этот проклятый гадальщик попался мне уже вечером, так что я заночевал со всей своей свитой на мерзком постоялом дворе, где мне подсосывали каких-то неумытых девиц, Юкинари-сама! Вообрази - знатному человеку, которому достаточно написать письмо самой известной придворной даме, чтобы она ответила взаимностью! Но это еще полбеды. Я рассчитывал, что проведу в монастыре не более суток и сразу же вернусь в Хэйан. А прибыл туда с опозданием на сутки, во-первых, а во-вторых, как я уже догадался, разозлил одного из здешних тэнгу. Очевидно, они не любят охотничьих кафтанов цвета керрии... Вдруг поднялся ветер, началась метель, повалил мокрый снег словом, кафтан мой погиб безвозвратно!

- Ты же сидел в повозке!

- Ты не представляешь, Юкинари-сама, какое это жалкое зрелище опрокинутая повозка! Естественно, в такую метель ничего иного и не могло случиться. Хорошо еще, что повозка с быком удержались на тропе, а не покатились по крутому склону. И вот я прибыл в монастырь - не лучше нищего оборванца или того же мерзкого бродячего гадальщика. А в вершинах сосен как будто даже хохот слышался! Не иначе, на ветке сидел тэнгу, хлопал крыльями и издевался надо мной...

- И ты пережидаешь здесь плохую погоду? - спросил Минамото Юкинари.

- Да, и молюсь о том, чтобы боги покарали этого гнусного гадальщика... погоди, а ты? Что вышло с гадальщиком у тебя?

Юкинари усмехнулся.

- Возможно, я тоже буду молиться о гадальщике, - сказал он. - Но только для того, чтобы боги вознаградили его и в будущем воплощении он стал бы, ну, хоть дворцовым слугой!

- Тише, а то разбудишь отца настоятеля, - предупредил Фудзивара Нарихира.

- Дело в том, что я не собирался ехать в Хэйан так рано, - начал Юкинари. - Я хотел прибыть к твоему родовому празднику - дню святилища Касуга.

- Да это же первый день Обезьяны, и до него еще по меньшей мере две луны! - воскликнул Нарихира.

- Но случилось совершенно неожиданное и неслыханное происшествие. Ты знаешь, что живем мы у самого побережья и часто наблюдаем морские осенние бури.