Ну же, малыш, запоминай! Ты поэт, ты умеешь обращаться со словами!

x x x

В общем-то роман получился ничего себе. Стоящий.

Кто ж виноват, что издателю нужен не роман, а рассказ объемом не более двадцати машинописных? Эх, где наша не пропадала! Посмотрим, что тут можно сделать...

Первая любовь. Тэ-эк, тэ-эк; что же делать с первой любовью? А что с ней делать: с одной стороны, все было какое-то целомудренное, настоящее, чистое. И отличалось от остального, как подлинник "Сикстинской мадонны" от репродукции в "Огоньке". Много было обещаний, много надежд, много светлых планов на будущее - гори оно синим пламенем! А здорово я здесь закрутил, молодец... Но женился-то все равно не на ней - так что первую любовь вычеркиваем.

Что у нас дальше? Становление личности. Высокие идеалы, пламенные убеждения. Между прочим, мечтал написать второго "Идиота", идиот... Ну, и чем все закончилось? Работой второразрядным писакой; это бы не беда - какое-никакое становление. Беда в том, что личность напрочь отсутствует. Укатали, как говорится, сивку не очень крутые горки. Долой к черту становление личности - а то самому тошно. К черту...

Женитьба героя. Главное, не забыть упомянуть, как белая шляпка на ее очаровательной белокурой головке с течением времени плавно преобразуется в постоянные бигуди на пегих космах - наполовину крашеных, наполовину отросших естественными, то есть серо-буро-малиновыми. У-у, чувырла. Милая улыбка сама собой превратилась в оскал, в котором не хватает зубов этак семи-восьми, причем на самом видном месте. Крохотные ножки... Ну, это я хватил лишку. Ножки у нее отродясь крохотными не были, а теперь и вовсе копыта. О характере молчим; не к ночи будь помянуто. Короче, оставим вот это и это. И пару пикантных подробностей присовокупим. Публика любит пикантные подробности.