- Мы направили русским запрос по поводу спутника, - сказал он чуть громче, чем ему того хотелось.

- И что они ответили? - подал голос полковник Стоун. - Как обычно, молчание, а потом враньё? Интересно, они когда-нибудь научатся правдоподобно врать?

- Никогда. Скорее уж они научатся носить дорогие галстуки, - в том же тоне ответил Гомес. Стоун ему нравился: по крайней мере, настоящий военный из Академии, а не какой-нибудь педик. - На этот раз они отреагировали быстро. Они готовы сотрудничать. Они готовы предоставить нам доступ в свои архивы...

- Мы и так можем взять из их архивов всё что нужно, - усмехнулся полковник. - И они это прекрасно знают. Это всё?

- Нет, не всё. Они готовы принять наших экспертов и допустить к пультам. Любой уровень наблюдения и контроля над всеми системами спутника.

- Нам это нужно?

- Нет.

- Вот именно. Нас устроит только одно: чтобы этой штуки на орбите больше не было. Какова цена этого вопроса?

- Они торгуются, и нам это не нравится, - Гомес стиснул челюсти. - Я считаю, что все переговоры следует прекратить. Через неделю спутник станет безопаснее плюшевого медвежонка.

- За неделю они могут решиться нажать на кнопку.

- Они не нажмут на кнопку. Я уверен. А даже если нажмут - что это изменит?

Дороти взглянула на него с интересом.

- У вас хорошая репутация, Гомес. Жаль будет, если вы ошибётесь.

- Я уверен, - Гомес был и в самом деле уверен в себе. Он чувствовал: эти люди уже готовы с ним согласиться, а главное - сука в брюках на его стороне. Осталось только чуть-чуть нажать...

- Я работал по России восемь лет в качестве правительственного эксперта. Я знаю Москву. Я знаю, кто у них сидит наверху. Они подлецы, мерзавцы, бандиты, всё что угодно, но не дураки. И совсем не патриоты, конечно. Они прошли через кровь и грязь, и не хотели бы пройтись вторично тем же маршрутом, да ещё и в обратном направлении. Они знают судьбу своей страны и примирились с ней. Короче говоря, они не нажмут на кнопку.