После этого Глисон велел ему ждать в углу, пока кому-нибудь не понадобится его помощь. Даффи почувствовал себя наказанным за неуспеваемость учеником. Время от времени Глисон отдавал ему приказания: то погрузить, то разгрузить, несколько раз он велел ему передвинуть большой контейнер, причем между исходной и конечной точкой было всего несколько ярдов, и смысл всей операции представлялся маловразумительным. Но Даффи не спрашивал — он просто делал. Может, это что-то вроде обряда инициации, и они просто проверяют его на вшивость.

Когда раздался сигнал на обед, он только что закончил загружать вместе с Кейси фургон; Кейси буркнул под нос что-то вроде «Жрать пора» и тут же смотался. Даффи пошел следом и вскоре уже сидел над порцией запеканки и бобов. Кейси взял себе двойную порцию запеканки и двойную порцию бобов. Даффи посмотрел на его руки. На первой фаланге пальцев правой руки были вытатуированы буквы: h a t e

— Девчачий любимчик, — он засмеялся и пригладил свои патлы. Через две минуты он возвратился с двойной порцией пудинга и сладкого яичного крема. Даффи молча смотрел (он чувствовал, что словоохотливость в общении с этим парнем только повредит), как Кейси, прихрюкивая, поглощает десерт. Прикончив его, он шумно вздохнул.

— А ты как к девкам относишься? — спросил он.

— Положительно, — тут же ответил Даффи.

— Значит, обознатушки, — но тон у Кейси был скорее вызывающий, чем извиняющийся. — Принял тебя за гомика.

— Прости, я тут ни при чем, — ответил Даффи. Он не собирался из-за этого Кейси носить на спине большую розовую звезду.

Кэрол всегда умела его успокоить. Хотя бы потому, что всегда умела убедить, что значение имеет лишь то, что происходит сейчас. Она искренне верила, что прошлого не существует, а будущее будет, по крайней мере, завтра. И для того, чтобы заслужить это будущее, надо хорошо потрудиться сегодня.