Корр. Нет.

А.И. Я тоже не знаю, но штучка изумительная! Я взял ее в свой проект.

Корр. Надо полагать, Реконструякин не конфликтовал с Минохрапом?

А.И. Разумеется, Реконструякин и министр Лошадевский были друзьями, но один принципиальный спор между ними все-таки произошел. Известно, было, что великий писатель XXI столетия Александр Бураго родился в доме у Никитских ворот, снесенном в конце XX века под здание Телеграфного агентства Советского Союза, сокращенно - ТАСС. И у Бураго есть стихотворение (в молодости он баловался стишками), которое Минохрап написал на своем знамени. Вы, должно быть, видели выбитое у них на фасаде четверостишие:

Не к прошлому зову, поймите бога ради,

Да, в будущем у нас не холод и не тьма,

И все же жаль, когда назад не глядя,

В Москве ломают старые дома...

Но мало кто знает это стихотворение целиком. А есть там еще и такие строчки:

Я против зданья ТАСС ни слова не сказал бы,

Хотя и не люблю столь грубый колорит,

Но-там был дом, и мне его безумно жалко,

Ведь в доме этом я издал свой первый крик.

И вот эти слова красовались на стене здания ТАСС, на мемориальной доске, в течение девяти веков - столь велико было уважение к памяти Бураго. И вот одержимый страстью восстановления Реконструякин заявил, что ТАСС нужно сломать и вновь построить родильный дом, подаривший миру Александра Бураго. Лошадевский уперся, дескать здание ТАСС на настоящий момент уже более ценный памятник, чем какой-то там никому не известный родительный дом. Были крупные дебаты в видеопечати. И в итоге родильный дом все-таки восстановили, а здание ТАСС просто передвинули.

Корр. Ну, а следующим генеральным директором Обсовструпа стал Аристарх Изосимович Староломов.

А.И. Ваш покорный слуга.

Корр. Ваш проект хорошо, известен нашим читателям. И все-таки расскажите о том, как он возник.