— Боюсь, тут вы правы, — согласился Ршава. — За одно это да будет Стилиан проклят вечным льдом Скотоса.

Теперь уже Зауц промедлил с ответом. Ршава приподнял бровь и очень тихо спросил:

— Или вы не согласны, почтеннейший господин? Ведь Малеин возвысил и вас, знаете ли.

— Я хочу мира для империи. И я за того, кто его обеспечит, кем бы он ни был.

Эти слова были чем угодно, только не ответом. Ршава заговорил резче:

— Если возможный узурпатор прибудет в Скопенцану, станет ли город его приветствовать? Или же закроет перед ним ворота?

— Об этом лучше спросить Гимерия, а не меня, — угрюмо ответил Зауц, оказавшись в затруднительном положении.

Ршава хмыкнул. Гарнизон под командованием Гимерия защищал Скопенцану от пиратов-халогаев, чьи гребные корабли поднимались вверх по Аназарбу. Гарнизон был не очень многочисленным: светловолосые варвары в последние годы не слишком досаждали городу. А Гимерия вроде бы устраивало и то, что ему почти ничего не надо делать, и то, какими скромными силами он располагает. Теперь же…

Теперь Ршава и Зауц могут утратить свои роли самых важных и могущественных людей в городе. И роль эта может перейти к командиру гарнизона. Ршава кивнул эпарху:

— Вы, несомненно, правы, почтеннейший господин. Надо будет его спросить.

Зауц все равно остался хмурым, и Ршава не мог его за это винить. Эпарху предстояло управлять Скопенцаной так, словно ничего не произошло. Как и обычно, он должен собирать подушный налог и налоги с хозяйств. Должен обеспечивать в городе правосудие, ремонт городских стен и общественных зданий… и кто бы ни выиграл гражданскую войну, он не должен подумать, что эпарх поддерживал его противника.

Коротко поклонившись, Ршава отвернулся. Прелат не хотел, чтобы Зауц видел, насколько он встревожен. Большинство прелатов по всей империи будут точно так же приглядываться к местным эпархам. Ршава был избавлен от этой обузы… или роскоши? Стилиан предположит, что Ршава сохранит верность своему родственнику-автократору, и будет прав.