После этих слов Зауц моргнул еще более комично, чем прежде.

— Что ж, святейший отец, это имеет к вам некоторое отношение. Да, некоторое, клянусь Фаосом. — Эпарх был родом из этих мест и произносил имя благого бога по старинке, с двумя гласными. В столице его произносили с одной гласной. Зауц посерьезнел: — Вы знаете Стилиана, верховного главнокомандующего?

— Я встречал его несколько раз, когда он приезжал в город Видесс, но чаще всего он вел какую-нибудь военную кампанию, — ответил Ршава. — Не могу сказать, что я хорошо с ним знаком. А почему вы спрашиваете? С ним что-то случилось? Надеюсь, что нет.

Он произнес это искренне. Стилиан был хорошим генералом — вероятно, лучшим верховным главнокомандующим Видесса за последние сто лет. Его вылазки в степи Пардрайи дали кочевникам-хаморам понять, что империя не потерпит их набегов на свою территорию. А ведь очень немногим видесским военачальникам, помимо Стилиана, удавалось наносить степнякам мощные ответные удары.

Но Ршаве не понравилось, как на него смотрит Зауц: словно прелат был мухой, которую надо поймать быстрым движением языка. Эпарх сказал:

— С ним кое-что случилось, это уж точно, святейший отец. Он объявил себя автократором видессиан и двинул войска на город.

Для видессиан, живших от одного края империи до другого, великая имперская столица была просто городом.

— Фос! — пробормотал Ршава и очертил напротив сердца солнечный круг. — Малеин не из тех, кто ждет сложа руки. Он будет сражаться за свой трон, драться изо всех сил. Вы меня спрашивали, знаю ли я Стилиана, — нет, не знаю, или почти не знаю. Но зато я хорошо знаком со своим троюродным братом. И я знаю, как он поступит. — В голосе прелата зазвучала горечь: — Малеин возвысил Стилиана, сделал его верховным главнокомандующим. Это и есть его благодарность?

— Похоже на то, — отозвался Зауц, и откровенный цинизм его слов превзошел даже сардонический тон Ршавы. Не дождавшись ответа, Зауц добавил: — Империя уже давно не видела гражданской войны. Боюсь, скоро начнется новая.