Кстати, насчёт хрена. Так себе, ничего особенного.

Возможно, его не стоило убивать, но мне очень захотелось. Писька тоже была довольна - потом мы провели с ней вдвоём чудесный вечер. Я ласкала её так, как ей нравилось, нам было хорошо, как всегда, и, казалось, нам будет всегда хорошо.

Это что, мобильник звенит? Совсем про него забыла. Извините, генерал, я несколько напряжена... Вот и всё, теперь у меня есть ещё часа четыре. Потом ваше терпение лопнет, и вы пришлёте кого-нибудь из группы поддержки. Впрочем, тогда уже всё выяснится. Так или иначе. Туда, как говорится, или сюда.

Да, о чём я? Ну да, всё о ней же, о моей дорогой.

Первый раз я поссорилась с ней после изнасилования.

Изнасилование - это не самое приятное переживание на свете. Особенно когда ты лежишь навзничь на куче мусора, твоя причёска (парик, разумеется, но всё равно жалко) измазана собачьим дерьмом, и тебя имеет пьяный майор воздушно-десантных войск. Разумеется, я знаю, что на всё это безобразие наведены инфракрасные телекамеры, микрофоны и прочая, так сказать, аппаратура, неподалёку скучает группа поддержки на-всякий-случай-мало-личто, а несколько дальше (в ресторане, второй этаж, отдельная кабинка) сидите вы, генерал, и вам срочно нужен отчёт.

Ну что ж, я стараюсь. Всё, что мне нужно для экспресс-допроса, у меня всегда с собой, внутри.

У майора очень глупый и болтливый хрен. Пока пьяный дядька, хрипя, тычет им в мою утробу, моя писенька-лапочка вытягивает из него то, что нам нужно. Смешно, но майор и сам этого не знает. Просто он когда-то видел одного человека, на которого, кажется (в этом писька не очень уверена) не обратил внимания (его член говорит, что он и тогда был пьян - такие вообще не просыхают), но его глаза запомнили его навсегда.