Однажды, словно сговорившись встретиться именно здесь, являются двое - один с севера, в белых хлопковых одеяниях, второй с востока, в кожаной броне и плаще из алой шерсти. Яростно взирают друг на друга, хватаются за оружие - у первого копье и легкий щит, у второго клювастый боевой топор. Затем хмуро косятся на меня - я сижу на пороге и отрешенно наблюдаю за облаками на фоне закатного неба. - Говорите, - разрешаю я, когда понимаю, что драться они сейчас не будут. Следует рассказанная на два голоса история о том, как один благородный брат похитил у другого благородного брата престол, ибо на самом деле второй является сыном базарной шлюхи, а первый... а первый тоже является сыном шлюхи, но не базарной, а подзаборной, и не шлюхи, а шавки... и что войска ждут только слова своих повелителей, чтобы начать обтягивать щиты кожей побежденных, но повелители слышали, будто простое присутствие... - Уходите. - Но... это святая война, сами боги... - Уходите. - Я встаю и скрываюсь в доме. Раздаются ругательства, лязг меди, предсмертные стоны.