- Как ты сегодня? - спросила Лена.

- День сумасшедший. С утра надо к Дону Педро.

Лена скривила губы, демонстрируя свое отношение к Петру Смагину, директору ТОО "Локс", приятелю и компаньону мужа. Кличку Дон Педро он получил благодаря тому, что своим статным видом и смуглым лицом, а также черными усами походил на героя-любовника из латиноамериканских сериалов. Был он скользок, хитер, и у Лены вызывал чувство брезгливости.

- Ты ему как накаркала, - сказал Арнольд. - У него неприятности с таможней. Приличную партию цигарок арестовали.

- И не жалко.

- Да. Только он наш компаньон. - Арнольд запихнул в рот бутербродик с паюсной икоркой.

- Такие компаньоны до добра не доведут...

- Отлично, - оценил Арнольд бутербродик, потом протянул руку, сграбастал пульт и включил небольшой телевизор "Филипс", подвешенный на подставке под потолком в углу. И сразу же, как подгадал, нарвался на убойную новость.

- Сегодня ночью застрелен пятидесятилетний генеральный директор ТОО "Квадро" Николай Сорока, - вещал унылый, как закоренелый грешник на исповеди у ксендза, диктор местной телепрограммы "Берег". - Наши источники в УВД полагают, что это очередное заказное убийство из серии убийств по табачным делам.

- Ой! - вскрикнула Лена, и поднос с поджаренными хлебцами едва не выпал из ее рук. - Николай Иванович!

- Мать твою! - Арнольд прищелкнул языком. - Картина Репина "Приплыли"...

На экране замелькали кадры - дом, где проживал Сорока, его новый, гладкий, благородный и черный, как рояль, "Мицубиси-Паджеро".

- Ой, что сейчас с Катькой! - всплеснула Лена руками, обессиленно присаживаясь на табуретку. В ее глазах застыл ужас. Тот ужас после злосчастного взрыва самодельного устройства в последнее время немножко отступил, но возвращения его Арнольд боялся. Это значило, что опять будут транквилизаторы, бессонница, упреки.

- С Катькой, - горько усмехнулся он. - Что сейчас с мужиками!