Если по первой части затруднение представлял только выбор места, поскольку качественных карт, на которых уже занятые участки были бы ясно обозначены, не было, то по вопросу об объединении ясности не было вообще. То есть, чем привлечь население, как убедить заболотцев сойтись под одной рукой — этого в полной мере себе никто не представлял. Просто примучить не хотелось категорически, поскольку преодолевая сопротивление, неизбежно наживёшь себе врагов. Экспансия должна быть основана на интересе, а как раз из этих самых интересов наиболее ярко просматривалось желание этих людей жить по заветам предков, ни кому не платя дани и не подчиняясь ничьей воле.

В те места даже агента толком ни разу заслать не вышло. Несколько разведчиков какое-то время батрачили в захудалых родах, записали обычаи, какие приметили, даже суд старшинский видели, однако ничего примечательного во всём этом устройстве приметить не удалось. Трудятся люди, детей растят, воров или грабителей не любят, обмана не одобряют. Девок замуж отдают туда, где нет у них родни, парней же в другой род принимают редко, только когда в мужских руках большой недостаток.

Если поселение разрастается, становится многолюдным, случается, что и отселяются молодые пары, новые хутора возникают. Соседей в округе знают на два-три дня пути, молодёжь неженатая сходится, чтобы знакомство свести да выбор сделать, обычно зимами, когда работы немного — поля в эту пору уже сжаты, сено во дворы свезено.

Почвы в тех местах лёгкие, пашут их сохой, удобряют золой, навозом и палым листом. Сеют рожь, овёс и горох, да капуста ещё у тамошних жителей в почёте, и морковь со свёклой. Другие культуры не каждый год вырастают, очень уж погода бывает причудлива. Так что меню не шибко разнообразное. Кроме лошадок ещё козы да куры на подворьях, коровы — редко. Так что молочные продукты в тех краях не в изобилии, не успевают надои скисать, выпивают их, считай, прямо из подойника.