Денис поймал ключ и скрипнул зубами:

– Не может быть, чтобы у нее никого не было. Просто цветет и пахнет…

«Анна тоже цветет и пахнет, – подумал Макс. – Просто у них возраст такой».

И выразил эту мысль вслух.

– Думаешь? – сказал Денис.

– Уверен! – сказал Макс.

А Нати продолжала монотонно докладывать:

– Гироскопы системы ориентации в норме… Сельсины солнечной батареи в норме…

* * *

Через час они уже находились на марсианской орбите. Приняли по таблетке стимулятора, чтобы восстановить подъеденные тормозной перегрузкой силы. Перемонтировали назад кресло остающегося на марсианских высотах Макса.

Нати в это время проверяла системы проспавшего девять месяцев «Орленка». Все, разумеется, оказалось в порядке, и бортовой мозг посадочного комплекса был успешно активирован.

После этого высаживающиеся на планету братья принялись прощаться с Максом.

Все испытывали некоторую грусть, поскольку расставались не на сутки. Нати вела технические переговоры с проснувшейся Ники по прямому каналу, и впервые за время полета громкая связь бездействовала.

– Эх, отдамся первой же марсианке! – сказал Фил. – И Денису подружку найду. – Он легонько ткнул Макса кулаком в плечо. – А тебе, брат, придется еще потерпеть. Но, клянусь, вернемся на орбиту, и третью с собой прихватим.

– Договорились! – хмыкнул Макс, потому что был уверен: ждут братьев на Марсе не прекрасные марсианки, а лишь песок да камни.

Зато им предстояло смонтировать надувной дом, и обустроить его, и установить кругом кучу научных приборов, и вдоволь покататься по Марсу на вездеходе, и много еще чего… Скучать не будут – не то, что он, Макс!

– Не флиртуй с Нати, – сказал Денис. – У нее цепи замкнет, когда она поймет, чего ты от нее добиваешься.

Братья взяли свои скафандры, перебрались в «Орленок» и, подмигнув на прощание Максу, задраили люк.