Они встречались несколько раз до Восстания. Райайе был министром иностранных дел при президенте Ойо. Какой пост он занимал теперь в Легитимном правительстве, Эсдан не знал. Для верелианина он был низок ростом, но широкоплеч и плотно сложен, с иссиня-черным глянцевым лицом и седеющими волосами. Внушительный человек. Политик.

— Министр Райайе, — сказал Эсдан.

— Господин Музыка Былого. Как вы любезны, что помните меня! Сожалею о вашем нездоровье. Надеюсь, здешние люди удовлетворительно ухаживают за вами?

— Благодарю вас.

— Когда я услышал о вашем нездоровье, то справился о враче. Но тут есть только ветеринар. Никакого обслуживающего персонала. Не то, что в былые дни! Какая перемена! Жалею, что вы не видели Ярамеру в ее прежнем блеске.

— Я ее видел. — Голос у него был слабым, но звучал естественно. — Тридцать два — тридцать три года назад. Достопочтенные господин и госпожа Анео пригласили сюда сотрудников нашего посольства.

— Неужели? Значит, вы представляете себе, как тут было раньше, — сказал Райайе, опускаясь в единственное кресло, старинное, великолепное, без одной ручки. — Больно видеть все это, увы! Наибольшие разрушения претерпел дом. Все женское крыло и парадные апартаменты сгорели, однако сады уцелели, слава Владычице Туаль. Они ведь были разбиты самим Мененья четыреста лет назад. И работы в полях продолжаются. Мне сказали, что в распоряжении поместья остались еще почти три тысячи движимостей. Когда с беспорядками будет покончено, восстановить Ярамеру будет куда легче, чем многие другие великие поместья. — Он посмотрел в окно. — Какая красота! И домашние Анео, знаете ли, славились своей красотой. И выучкой. Потребуется много времени, чтобы вновь достичь такой меры совершенства.

— Несомненно.

Верелианин посмотрел на него с благожелательным вниманием.

— Полагаю, вы недоумеваете, почему вы здесь?