- Так, так, - Синухет прищурил глаза. - И-и-интересная мысль. Значит, мы вечно движемся по поверхности этого шара, убегая от границы холода?

- Именно! - просиял Хатэм. - Ты очень умен, варвар, другим приходилось объяснять на макетах.

- Любопытно... - Синухет огладил бороду. - Солнце побери, в самом деле любопытно. Конечно, твоя теория в чистом виде - глупость, но идея о шаре... Над этим можно думать, юноша!

- Чем глупа моя теория? - опешил Хатэм.

Тут я почувствовал, что больше не могу молчать, и шагнул вперед:

- Закон всемирного тяготения к движению не позволит мистическому обогревателю висеть в небе на одном месте. Закон гласит: то, что не двигается, гибнет. Поэтому тучи всегда летят в сторону Движения, поэтому вечно дует ветер, а стада животных мигрируют, поэтому брошенный камень летит по дуге и, если его остановить, сразу падает...

- Умница, Яхмес, - улыбнулся Синухет. - Устами младенца... Хатэм, надо и в самом деле быть философом, чтобы придумать такую замечательную идею и не суметь ее развить.

Раненый мрачно смотрел на командира. Тот рассмеялся.

- Ты едешь по старой дороге, юноша. Общепринятая теория мироздания утверждает, что Станция под нашими ногами медленно вертится, и ты придумал вращающийся шар. Но любой человек, знакомый с техникой, сразу скажет гораздо выгоднее вращать обогреватель вокруг шара!

- Я думал над этим, - возразил Хатэм. - Но такая схема противоречит постулату Диокла о непризнании исключительности нашего места во Вселенной.

- Причем тут место во Вселенной? - Синухет фыркнул. - Хоть шар, хоть Станция, мы где были, там и останемся. Лучше скажи, какие доказательства своей теории ты обнаружил?

Философ вздохнул.

- Их немного, однако они есть. Наблюдения за температурой в разных местах Колонны, отчеты дальних земледельцев и разведчиков, миграции животных - все это говорит в пользу шара. Но, самое главное, моя теория способна объяснить постоянное удлинение натры.