Атакующие мутанты почти не обращали внимания на свист пуль и визг рикошетов. Густая черная кровь обильно забрызгивала стены и пол, но монстры продолжали охоту. Жабоголовых трудно убить: для этого нужно попасть точно в маленький мозг, укрытый за широкой и крепкой черепной коробкой. К тому же жабы практически не чувствуют боли.

Взрыв все-таки прогремел. В самом начале боя. Только рвануло не в депошном туннеле, откуда лезли жабоголовые. Взорвалась дрезина с взрывчаткой, оставленная на перегоне между Аэропортом и Орджоникидзе.

Взрыв был мощным. Единственный туннель с двойным железнодорожным полотном, связывавший Аэропорт с метро, обвалился. Взрывная волна вынесла на станцию горячий пыльный воздух. Рухнувшие своды засыпали нескольких человек, пытавшихся найти спасение в туннеле. Впрочем, оставшиеся на станции люди тоже были обречены. Пути к отступлению у них больше не было.

Илья, Оленька и Сергейка успели подняться по эскалатору к гермоворотам. Наверное, в тот момент они рискнули бы даже выйти наружу без защитных костюмов, противогазов и респираторов. Да, пожалуй, рискнули бы. Если бы из-за тяжелых створок тоже не доносилось приглушенное «гу-ру-гуру».

На эскалаторе им удалось продержаться дольше других. Когда внизу, возле освещенного костром пространства, угадывалось движение блестящего тела какой-нибудь твари, Илья стрелял экономными — в два-три патрона — очередями, стараясь попасть в голову. Удавалось попадать именно туда или нет, понять было трудно, но темные фонтанчики жабьей крови брызгали часто.

В какой-то момент у Ильи даже появилась надежда на спасение. Жабоголовые начали возвращаться в депошный туннель, утаскивая с собой недожранную добычу. Но, видимо, какой-то твари добычи не хватило.

Влажная голова, усеянная уродливыми наростами, возникла в свете угасающего костра под самым эскалатором. А в «калаше», как назло, закончились патроны.

Длинный жабий язык мелькнул в воздухе. Влажный щелчок над плечом и…