Через три-четыре недели после ухода от Лоры он случайно познакомился с тихой скромной девушкой. Ее звали Катя, у нее было высшее образование и круглое лицо с ладными чертами и зелеными глазами. Через полгода они сыграли свадьбу. Сняли комнату и зажили как в сказке. Валька восстановился в университете. Пока Валька учился, родители с обеих сторон помогали. Впрочем, по вечерам он подрабатывал охранником в супермаркете.

Прошло три года. Жить стало скучно, жена превратилась в сестру. Во время подготовки к диплому неожиданно родилась дочь. И началось: пеленки, распашонки. Семейная жизнь незаметно стала для Вальки хождением по гвоздям. Только начнешь вникать в путаные откровения Заратустры Ницше или в суть осевого времени Ясперса, как ребенок разразится несусветным ором. Нить обрывается, и приходится начинать все сначала. В конце концов, буквы сливаются в ершистые змейки. Раздражаясь неимоверно, Валька сваливал всю злость на жену — жалил ее по поводу и без повода. Если и была какая-то любовь, то быстро вся кончилась. К ребенку он, как ни старался, так и не почувствовал отцовства. Да и как можно, к такому вечно плачущему посреди ночи, едва уснешь, и вечно заливающему коричневой кашицей подгузники?

Валька окончил университет и одновременно развелся. "Прости, Кать, но я не создан для семейной жизни", — сказал он напоследок рыдающей жене. На работу Вальку с его абстрактной специальностью никуда не брали, на кафедре остаться не предложили. А служить охранником он считал уже ниже своего достоинства.

Прожив с матерью пару лет, он вконец извел ее нытьем и бездельем, и она устроила его на печную дачу к тетке. Там он связался с какими-то сомнительными личностями и начал часто выпивать.