Осталась... Мы остались тоже. Расчеты показали, что нас перехватят в космосе на разгонной траектории и мы предпочли умереть на поверхности, в бою, как мужчины, а не в тесных противоперегрузочных коконах. Так хоть обычно успеваешь отойти в мир иной с осознанием этого факта, а не мгновенно превращаешься в облачко раскаленной плазмы. В общем, когда с неба посыпались десантные катера Ррадов, мы были готовы. Не буду тебе описывать бои, ты их, наверное, и сам немало насмотрелся в жизни. Скажу только, что помощь успела почти вовремя. От нашего соединения, правда, почти ничего не осталось. Из двух с половиной тысяч человек уцелело чуть более сотни. Мы были вытеснены из столицы, потеряли космопорт, так что, когда на связь вышли прибывшие Федеральные силы, нам показалось, что это ангелы Господни трубят в свои небесные трубы. Федералы быстро выбили из системы корабли Ррадов, благо соотношение сил было в нашу пользу, затем выбросили десант на планету. Кисы сопротивлялись упорно, но надолго их не хватило. В общем, победили. Вот тут-то и начинается самое интересное. Отношение к нам изменилось в крайне неприятную сторону. Нас избегали, уклонялись от встреч, вежливо указывали на дверь. Они даже отказались принять в больницы наших раненных, мотивируя это тем, что их черная, агрессивная энергия убийц неприемлема и они не могут находиться рядом с местными больными. В итоге мы потеряли умершими от ран еще почти тридцать человек. Лазареты Федеральных крейсеров просто не были рассчитаны на такое количество раненых. Но хуже всего... Элейна. Я боялся, что она погибла, но нет. Слава Богу, она была жива. Я разыскал ее в полусотне километров от столицы, на маленькой ферме у родителей. Счастливый, готовый бросить службу ради нее. Боже, как я ее любил! Меня встретили холодно и отчужденно, она посмотрела так, как будто на мне стояло клеймо смерти, отшатнулась: "На тебе кровь, Кейт. Я не могу находиться рядом с запятнавшим себя кровью разумного. Уходи". Она повернулась и торопливо скрылась в доме. Из окон на меня враждебно таращилась ее семья. И я ушел. Мы получили деньги - за контракт, плюс компенсация и премия и через три дня убрались с этой проклятой планеты. Да, вот только совсем забыл добавить. Перед тем, как уехать от фермы Элейны, я, мучимый непереносимой внутренней болью, прокричал ей вслед: