Моим энтузиазмом заразились сразу все и повскакивали со своих мест.

— Поехали, — первым вылетел из кабинета Жора, таща за собой Олежека.

— Мы на своей, — крикнула вдогонку Полина, и мы выбежали вслед за Жорой. Жора загрузил Олежека в милицейский уазик, а мы сели в Полинин «Ниссан» и поехали конфисковывать золото нашей матери.

Проверив, все ли драгоценности на месте, в соответствии с маминым описанием, Полина сложила их обратно в мешочек и убрала во внутренний карман своей сумочки.

— А скажите мне, как вы меня вычислили? — Олег был немного рад, так как видел, что его не собираются везти обратно и «браслеты» сняли, поэтому, наверное, решил поинтересоваться у Полины ходом ее мысли.

— Ты сказал, что грабили «средь бела дня», а вообще-то еще никто не знал, когда это было сделано. Я бы, скорее всего, предположила вечер, когда вы были в театре с Ираидой. Это во-первых. А во-вторых, в четверг ты один оставался в квартире, это уже наводило на мысли. Ну, а в-третьих, ты явно переигрывал с волнением за Ираиду Сергеевну. Хотя ты, наверное, не играл. Только волновался за себя. Понятно? — Олег улыбнулся какой-то горькой улыбкой и кивнул. — А теперь не попадайся мне на глаза, обходи за километр дом Ираиды Сергеевны. А если я тебя где увижу — загремишь далеко и надолго. Я ясно выразилась?

Олег посмотрел на Полину преданным взглядом, и я подумала, что он теперь сам границу белой краской обведет в радиусе километра от дома маман и выходить на улицу будет только ночью.

Глава вторая Полина

Когда три дня назад мы вернули Ираиде Сергеевне ее драгоценности, я думала, что настали, наконец, спокойные дни: можно будет спокойно спать по ночам, работать как все нормальные люди и так далее… И уж никак не предполагала, что разбудят меня в восемь часов утра — это при том, что у меня сегодня выходной, и я планировала поспать подольше — и начнут нести всякую чушь по телефону.