— Это я от лени придумал, — сознался я. — В отличие от сметаны кетчуп долго не портится.

Пока наливал в стаканы чай, Оксана управилась с пельменями и успела помыть тарелку.

— На пожар торопишься? — подтрунил я.

— На вашу свадьбу, — не осталась она в долгу. — Или уже опоздала?

— Ты будешь первая, кто об этом узнает, — заверил я.

Она взяла стакан с чаем.

— А лимон к чаю есть?

— Нет. И бананов, извини, тоже.

— О бананах ты уже говорил. — Оксана обвела взглядом кухню, заметила на холодильнике скучающего Петрушку, которого я использовал в качестве кухонной рукавицы. — А я была в вашем театре. Водили всем классом на спектакль.

— Понравилось?

Она пожала плечами.

— Я тогда училась в первом классе, почти не помню. Помню только, что мы много смеялись... А отчего театр сгорел? От короткого замыкания?

Я вздохнул, взял свой стакан, отпил чаю.

— Помнишь, где стоял театр?

— Помню. На площади Коммунаров.

— Центр города, бойкое место. А знаешь, что построили на месте театра?

— Знаю. Супермаркет.

— Который принадлежит мэру нашего города, господину Полищуку. Такое вот короткое замыкание...

— Понятно, — кивнула Оксана. — Если театры поджигают, значит, это кому-нибудь нужно.

В очередной раз она меня сразила. Не думал, что в школе сейчас изучают Маяковского. Весьма примечательная параллель. В духе времени.

— А где ты делаешь кукол? — спросила она.

— На лоджии, там у меня мастерская.

— Посмотреть нельзя?

— Отчего нельзя? Можно.

Мы допили чай и прошли на лоджию.

Когда Оксана увидела развешанных по стене лоджии кукол, глаза у нее загорелись и наконец-то в ней проснулся ребенок.

— Ух ты! А потрогать можно?

— Ткни этого гнома пальцем в живот.

Она коснулась пальцем куклы и тотчас отдернула.