Во второй книге дат не было и в помине. Она представляла собой сборник весьма подробных чертежей, изображавших различные детали аналитической машины. Чертежи сопровождались примечаниями и указаниями размеров, но почерк был уже другим.
— Не надо, — остановил меня Билл, когда я потянулся за увеличительным стеклом. — Это писал не «Л. Д.». А чертежи суть копии чертежей Беббеджа. Когда вернемся в Окленд, я покажу тебе другие экземпляры. Откровенно говоря, не знаю, каким образом их сумели скопировать. Кстати, я уверен, что и золото, и детали машины, и все остальное прятали одни и те же люди.
Я мог бы поверить Биллу на слово, но не стал, поскольку, в конце концов, прилетел в Новую Зеландию в качестве независимого эксперта.
— Не возражаешь, если мы вернемся в кухню? Здесь все-таки маловато света.
— Как скажешь, — ответил Билл. — Я предполагал, что мы задержимся здесь на несколько дней, поэтому предупредил Тревельянов. Готовить будем сами; правда, Энни заявила, что всегда рада видеть нас у себя за столом. Наверное, им не хватает общения.
Не знаю, не знаю. Вообще-то я не сноб, но, судя по всему, разговоры, которые нам с Биллом предстоит вести в ближайшее время, вызовут не только у Энни Тревельян, но и у большинства нормальных людей, смертную тоску.
В третьей книге ни единого рисунка не обнаружилось, страницы заполняли бегущие наискось строчки писем, которые следовали одно за другим. Абзацев внутри посланий не было, расстояние между двумя последними письмами составляло ровно полдюйма. Почерк бисерный, не тот, что в книге с цифрами.
Первое письмо, датированное 12 октября 1850 года, гласило:
«Дорогой Дж. Г.! Аборигены, к сожалению, по-прежнему остаются язычниками, но к нам относятся дружелюбно. Чем лучше мы понимаем их язык, тем яснее становится, что племени принадлежит куда большая территория, нежели казалось поначалу. До сих пор речь шла только о северных островах, от Таити до Раратонги, но теперь выясняется, что маори делятся на северных и южных, причем последние обитают чуть ли не на Великом Южном континенте, который исследовали Джеймс Кук и капитан Росс.