– Иван Алексеевич, Арнольд Андреевич, вы что тут сидите?-спросил он с откровенным подозрением в голосе.-Всем же сказали, что сегодня можно не приходить.

– Я на минутку, личные вещи забрать,-пробормотал тот, что собирался уйти (это его звали Иваном Алексеевичем), и поспешно протиснулся мимо серого костюма наружу.

– Ну а вы, господин Цаплин?-спросил Прыгунов, ступив внутрь помещения, но на всякий случай остановившись на благоразумном расстоянии от обезьяны.-Вы разве не читали приказ?

– Приказ о погублении науки,-криво усмехнулся названный Цаплиным.

– Не паникуйте. Вашу лабораторию временно переведут в другое помещение, только и всего.

– Вы меня обманываете. В газете ясно написали: "Институт идет с молотка". Это погубит отечественную генетику…

– А!-махнул рукой серый и вздохнул даже как будто с сожалением.-Все и без того уже за бугром.

– Не врите. Агаланов здесь, и даже Кловер еще здесь…

В двери появилось новое лицо. Это был один из тех, "с мобильниками", согласно социальной характеристике Ивана Алексеевича.

– Леньчик, я тебя потерял, ты где?

– Так… Дела были. Иду,-сказал Прыгунов.

Но тот уже увидел обезьяну.

– Какая зверюшка!

И пошутил, подойдя к столу и с развязным любопытством наклонясь над животным:

– Не плюшевая?

Внезапно обезьяна заорала так пронзительно, что любопытствующий вздрогнул и отшатнулся.

– Она что, психованная?

Обезьяна и в самом деле отчего-то очень расстроилась: прыгнула на руки к человеку, который держал ее поводок, и о котором мы уже знаем, что его зовут Арнольдом Андреевичем Цаплиным, и оттуда продолжала орать, озираясь и скаля зубы.

– Что это она?-повторил "мобильник", неприятно задетый таким поведением тупого животного.

– Очевидно, рефлекс профессора Инге-Вечтомова,-сказал ученый.

– Как это?

– Этой барышне привита чувствительность к чужим эмоциям,-объянил Цаплин, поглаживая обезьяну по спине, отчего та понемногу начала успокаиваться.-Так называемые генетические подвижные элементы… Впрочем, надо бы проще… Животное реагирует на постороннее биополе. Особенно болезненно воспринимает ненависть… дурные намерения…