Юджин Кейт — детектив Всеизраильского Штаба полиции — вернувшись к себе в Матэ Арци, сразу подсел к компьютеру. Он курировал направление борьбы с русской мафией и то, что сегодня произошло на Бейт ва-Ган, его касалось в первую очередь. Однако поработать ему не пришлось. Снизу, с КПП, позвонили:

— Радиожурналистка из «Коль Исраэл» Мадонна Мизрахи…

— Она здесь?

— Да. Приехала, на ночь глядя… Ты как, в порядке?

Приезд Мадонны был некстати. В связи с некоторыми неизвестными широкой публике событиями этого вечера в Матэ Арци нанамечался определенный напряг.

— Сейчас спущусь.

Мадонна никогда не предупреждала заранее, что заедет. Чаще она просто не знала, что будет делать в следующую минуту. Инициатива сегодняшней встречи целиком принадлежала ей. Обсуждать им было нечего: их отношения с полгода уже можно было считать чисто дружескими.

— Знаешь, Юджин, а она ничего… — дежурный засмеялся. — И даже очень!

— Пошел ты…

Им там, внизу, на КПП, было нечего делать.

— Мы все тебе откровенно завидуем, Юджин! Везучий ты! Тебя в Округ перевели, а ты через месяц уже вернулся в Штаб. А другие там годами сидят, пока о них вспомнят…

— Кончай трепаться.

— Ладно. Так и быть. Встречай…

У популярной ведущей «Коль Исраэль» Мадонны Мизрахи был красивый высокий лоб, тонкие скулы, нежный овальный рот, того типа, что едва не погубил президента США.

Она явилась в тонком шерстяном джемпере и брючках с вызывающе крупными пуговками по оси симметрии впереди. Брючки и джемпер были дорогие и модные, и то, и другое куплено в Европе еще до начала осенней распродажи.

— Привет, — Мадонна подставила губы.

Юджин знал их — упругие и страстные.

Впрочем, он знал ее всю, ее нескончаемую потребность наслаждения. Это и привело к тому, что они расстались. Впрочем, довольно безболезнено.