— Это твои стихи? — удивленно спросила Кончита.

— Нет, что вы, — Мэй смутилась еще больше. — Чужие. Я не помню чьи они, просто в голову пришли, мне показалось очень в тему. Простите.

— Она еще и извиняется, — всплеснула руками женщина. — Очень красивые стихи. Мне, например, понравилось.

— Мне тоже, — улыбнулся Полав. — Спасибо.

— У тебя феноменальаня память, — уважительно заметил Олав. — Сначала Шекспир, теперь это.

— Ну вообще-то это не моя заслуга, — щеки Мэй горели.

— Вы совсем засмущали девочку, — улыбнулась Кончита. — Оставьте Мэй в покое, а еще лучше уберите-ка посуду.

— Слушаюсь, мадам, — козырнул Полав стал убирать тарелки.

— Я помогу, — встала со своего места Мэй. — Мне не сложно, — остановила она возражения Кончиты. — Правда.

— Ну хорошо, заканчивайте и присоединяйтесь к нас в гостиной, — не стала спорить женщина.

— Еще раз спасибо вам за бутерброды, — тихо сказала Мэй, передавая мужчине последнюю грязную тарелку.

— Да не за что, — улыбнулся Полав. — Хочешь, я из каждого рейса буду тебе их привозить?

— А это не очень сложно?

— Да нет, что ты. Хотя…

— Если сложно, то не надо.

— Да нет, — покачал головой Полав. — Я просто подумал, а зачем бутерброды. Может тебе продуктов покупать, ну там мяса, овощей. Это же лучше чем сухомятка.

— Это было бы вообще прекрасно, но мне не хочется вас сильно напрягать, — совсем тихо сказала Мэй.

— У порта есть большой магазин, я бутерброды там и покупаю, так что мне будет не сложно брать для тебя еще кое-что.

— О, спасибо. Давайте я вам денег переведу, — предложила девушка.

— Вот привезу, тогда и будем считаться, — остановил протянутую ему руку, мужчина. — Не переживай.

— Только вы много не набирайте, — Мэй смутилась. — Бабушка сказала, что мы не миллионеры. Но я родителей попрошу, они не откажут, — тут же добавила она.