Своими иссиня-зелеными, как кусочки придонного льда глазами коммодор Глесс Грамеан изучал застывшего посреди камеры Эвинда, словно тот был диковинной рыбой в аквариуме.

– Ну так, добро пожаловать на борт штаб-крейсера "Непобедимый", секунд-лейтенант. Надеюсь, вам понравится на моем корабле.

– Он чист, мой коммодор, – тихо сказала Орна, глядя на Эвинда из-за плеча своего начальника. – Его показания совпадают с показаниями остальных.

Глесс Грамеан резко обернулся:

– Если бы не совпадали, с ним давно уже разговаривал бы не я и не вы, премьер-лейтенант, а те, кто будет разбираться с тем предателем в раанских доспехах. – Он еще раз посмотрел на Эвинда – уничижительным, полным ядовитого презрения взглядом. – До получения ответа с вашей базы вы свободны, секунд-лейтенант. Можете идти в жилой отсек к своим подчиненным. Вашими истребителями займутся ремонтники; если вам понадобится что-то еще, запросите через корабельную сеть.

– Разрешите вопрос, мой коммодор?

– Обращайтесь.

– Как скоро мы будем в месте назначения?

Взгляд Глесса Грамеана стал еще более холодным.

– Я всегда знал, что у телларийцев серьезные проблемы с субординацией, но даже не думал, что они настолько серьезны. Вам никогда не говорили, секунд-лейтенант, что этот вопрос – последний, который следует задавать старшему по званию?

– Так точно, мой коммодор. Но Ки-Маар, тот пилот… он сказал, что у него срочные сведения. К тому же он ранен. Мы успеем передать его управлению разведки?

Глесс Грамеан свел светло-пепельные брови так, что они слились в одну гневно изломанную линию.

– Не лезьте не в свое дело, секунд-лейтенант! Ясно вам?! Я сам буду решать, что мне делать – с этим пленным, с этим крейсером, с вашей эскадрильей! И не вам спрашивать у меня отчета! Понятно? Кругом! Шагом марш!