- Правильно, - сказал бывший товарищ Сизиф. - Это по-нашему.

- Опять на поруки? - крикнули из зала. - Он у вас вроде грудничка, с ручек не сходит!

- Мы... - начали представители цеха мраморных изделий.

Фемида распорядилась открыть окна, потому что из-за духоты невозможно плодотворно работать.

- Еще будут предложения? Поактивнее, поактивнее давайте...

- А вот заставить бы его этот самый краденый камень вверх-вниз по горе таскать - это да! Другим для примера! - крикнули из зала.

Поднялся одобрительный шум. Фемида подняла строгую бровь и покачала чашечными весами.

- Э! Э! - подал голос подсудимый. - Погодите! А платить как будут? По-сдельному?

- Ах, тебе еще и платить?! - возмутились в зале.

- А вы как думали? Я, значит, личным примером, а мне шиш? Дудки! Не пройдет! Что за методы?!

Но весы Фемиды уже качнулись в последний раз. Участь несуна была решена.

...Свой камень Сизиф катал строго по КЗОТу - пять дней в неделю с перерывом на обед. От сверхурочных отказался наотрез. Служебные сандалии быстро рвались, и на общих собраниях Сизиф часто выступал по этому поводу, с гневом и болью обрушиваясь на бюрократов, засевших в отделе охраны труда.

Своей новой работой он был доволен: свежий воздух, всегда на виду... Между прочим, Сизиф катал по склону кусок пемзы, украденный на центральном складе и выкрашенный под мрамор. Платили ему по-среднему.

2. ВЕРНОСТЬ ПЕНЕЛОПЫ

Ранним утром в заводском сквере им. 10-летия сидела молодая женщина приятной наружности в аккуратно выглаженном белом хитоне и модных сандалиях. Лицо ее было обращено вдаль и выражало такую печаль, что проходивший мимо Сизиф счел своим долгом сказать что-нибудь ласковое:

- Не печалься, тетка, не грусти. Не вешай, тетка, нос на квинту!

И укатил дальше свой камень, только что полученный на центральном складе. (Сизиф всегда сдавал камень на ночь под охрану, чтоб не сперли).