Он опрокинул ее на спину на песок. Сильные руки разорвали на ней рубашку, оставляя ее задыхающейся и полуобнаженной. Волны захлестывали ее, перетекая к груди и обтекая ноги. Он встал на колени над ней, смущая ее своим высокомерием, отсутствием жалости, сомнений, плотью, вылепленной самим морем. Она не могла думать о нем, мелодия терзала ее разум, разрушая невинность его покровов.

— Нет, — прошептала она.

Он лег на нее сверху, его кожа была ледяной против ее собственной. Волны захлестывали его со спины и проливались ей на лицо. Он все еще продолжал целовать ее кожу. Его твердость упиралась в ее трусики

— Нет, — все еще шепотом произнесла она. Ей хотелось закричать, заплакать. — Нет.

Тут она вспомнила про пистолет.

Его руки рванули ее влажные трусики. Он спустился на уровень ее бедер, глядя ей в глаза.

Пистолет выстрелил в холостую. Адрия снова нажала на спусковой крючок. Пистолет стрелял сквозь карман кофты. Выстрел показался взрывом, настолько он был громкий. Тело тритона дернулось, глаза уставились на нее, будто видели ее впервые. Она снова нажала на спуск. Мужчина дернулся и резко упал на нее.

Мелодия закончилась резко. Адрию душило собственное неровное дыхание. Она попыталась сбросить его тело, но не смогла. Он был слишком тяжел. Она запаниковала и стала биться в его объятиях, прижатая к его груди. Его кровь текла теплым потоком по ее коже. Она глубоко вдохнула, вздрогнула и выдохнула.

— Я в порядке. Я в полном порядке. — Она начала выползать из-под него, его тело будто цеплялось за ее кожу, увлекаемое ее движением. Она заплакала, и слезы перешли в рыдания. Она начала всхлипывать и в конце концов закричала. Ее собственные крики пугали ее, но она не могла остановиться.

Она выползла из-под его тела и стала ползти по песку, пока полностью не выбралась из воды. Она сидела на сухом песке, позволяя влаге с одежды впитаться в него. Пистолет она держала в руке открыто.



15 из 17