Зеленая куча стала разбухать и вздрагивать, будто в ней шла борьба между этими корнями.

И вдруг сверкнуло - робот встал над кучей. Он разгребал ее, что-то вылавливал и совал в банки. Другое прятал в гербарную корзину: несло жаром от его инфрасушилки. А растения сплетались в тугой зеленый ком, в нем происходило судорожное сокращение.

Старик понял - там и творилась тайна жизни и смерти, гибели и зарождения, там создавался мостик, по которому мертвое на этой планете прямо переходило в живое.

Старик даже окостенел, поняв величие происходящего, ощутил дыбом вставшие волосы.

- Ожидаю появления фитаха, - вдруг сказал робот и застрекотал камерой. Вот оно. Для этого сошел с курса звездолет А-класса "Фрам", а сам он решил завершить свою жизнь именно здесь. В глубине зеленого кома вспыхнула искра, и свет заструился из него.

Этот свет брызгал во все стороны.

Сейчас он, старик, проследит все фазы рождения фитаха. Любопытство! Вот почему не хотелось умирать - любопытство еще держало его. Он коснулся многих тайн вселенной, но не устал от этого и хотел, хотел, хотел узнавать.

Здесь происходит чудо, ради него несутся ракеты, устроен силовой барьер вокруг планеты.

Ради него, наверное, пробивают этот барьер жители других планет, и уловить их нет возможности, настолько они непохожи на земное и понятное человеку. Здесь рождается тайна жизни, надо только понять ее. Да, здесь оголенная тайна жизни. Кто мог ее понять?

Он, старик, сделает это, поймет!..

Робот снимал фитаха, стрелял вспышками. Синими. Молниеносными. Мерцавшими, словно малый фотонный движитель.

Пошел теплый дождь и смочил плечи старика. Вспышки обрисовывали капельки.

Они били по глазным нервам. Старику хотелось закричать, чтобы робот перестал. Он испугался своего желания крикнуть, потому что увидел Его в переплетении стеблей, все время шевелящихся. Он растет и становится выше, напрягается. И видно, что ему сладко это напряжение.