- Музыканты у вас бывают каждый вечер? - Нет. очень редко. - Если придут завтра, пошлите их куда подальше. Понятно? - Понятно, господин комиссар. - Кстати, завтра вечером я снова приду к вам вместе с мадемуазель. Он изображает восторг. - Мы оставим вам лучший столик, господин комиссар, и окажем особый прием. Я его останавливаю. - Мы придем не есть, а дать концерт. Вы услышите песни в исполнении мадемуазель и будете иметь честь аплодировать моему соло на скрипке. Малышка вскрикивает. Она просекла. Ее глаза блестят, как бриллианты. - Дорогой!- кричит она.- Дорогой, это чудесно! Что касается хозяина ресторана, он ничего не говорит, но ясно, что самое сильное его желание - нажраться аспирина. Сегодня вечером я только и делаю, что эпатирую людей! Я допиваю свой стакан и поднимаюсь. - Не удивляйтесь,- говорю я нашему хозяину.- То, о чем я вас прошу, является частью важного плана. - Но... конечно, господин комиссар. Я полностью к вашим услугам. Он провожает нас до машины. - До завтра! - Спокойной ночи, месье и мадемуазель. Я включаю двигатель, и мы уезжаем. На бульваре Османн нас останавливает немецкий военный патруль. - Документы! Я показываю наши аусвайсы. Все нормально. Две минуты спустя я высаживаю Жизель перед ее домом. - Как?- удивляется она.- Ты не поднимешься? - Не знаю, прилично ли это... Она пожимает плечами. - Конечно, неприлично, но, как говорит один человек, которого я очень люблю: "Разум и я разошлись из-за несовместимости характеров". Замечательная девчонка! Я следую за ней по лестнице. Войдя в квартиру, я звоню Гийому, чтобы сказать ему, куда он Может прислать человека за машиной, если она ему нужна. Он отвечает, что пока я могу ею пользоваться. Так что все к лучшему. - А теперь,- говорит мне Жизель,- давай обсудим план дальнейших действий. У нее немного заплетается язык, и слова сходят с него с трудом. Можно подумать, что они слиплись от сиропа. - Не будем больше о работе. К тому же, хотя я и не хочу тебя обидеть, но должен сказать, что ты уже и лыка не вяжешь.