Держись. Мужчина ты или дерьма кусок?!

Что?..

Тише. Замри. Прислушайся.

Слабый, еле различимый шорох наверху. Шаги?

Неужели вернулся отец... Интуиция у него невероятная. Ты всегда подозревал, а в последнее время особенно, что старый мерзавец не гнушается запрещенными (им же самим запрещёнными) ментальными практиками. Нет, едва ли он. Император ступает уверенно, тяжелые подкованные ботинки словно вколачивают в пол тех, кому не посчастливилось оказаться рядом. А эти шажки совсем другие - легкие, мягкие, словно танцующие, и ты не знаешь никого, кто бы мог так ходить.

Шаги постепенно приближаются, незнакомец как-то по-детски шмыгает носом. Подходит к парапету, смотрит вниз... Зачем вы так отчаянно жмуритесь, светлейший принц? Надеетесь, что если не видите варгиша, то и варгиш не заметит вас?

-- Что та...кое? Ого! Эй! Вы меня слышите? Господин скалолаз!

Девичий голос, звонкий, певучий, музыкой вливается в твои уши. Те, кто следит за порядком в этом мире, должно быть, за что-то тебя любят, потому что кем бы ни была ночная гостья, она не из стражи и не из корпуса безопасности. Корбезовка первым делом связалась бы с начальством. "Простите, принц, но таков мой долг".

Ты осторожно поднимаешь голову, и язык отнимается: тебе чудится, что это не луна - солнце взошло. Девушка стоит в ореоле света, облокотившись на парапет, пальцы рассеянно теребят кончик длинной косы, а её лицо... Великий Создатель, оно не просто красиво, больше, это самое прекрасное лицо, которое ты видел в своей жизни! Лучший из виденных тобой снов! Как сказка, как чудо, как песня, лик надежды... Благословенна будь Звездоокая, но сейчас не время для поэзии. А ты, моё спасенье... что же ты вертишься, словно йулу, постой спокойно, дай рассмотреть тебя, дева!.. Дева? Девчонка совсем, едва ли двадцать Оборотов сравнялось. На служанку не слишком похожа - длинные волосы заплетены в тугую косу, которую позволено носить только высшим аристократкам, а руки красивые, изящные, с длинными тонкими пальцами.